Таврия

Спортивный клуб из Симферополя

Официальный сайт

12 января 2011, 18:40
Другое

Олег Саленко: «"Динамо" договорилось выиграть первый чемпионат. Но "Таврия" передумала»

В беседе с lb.ua экс-форвард «Динамо» Олег Саленко рассказал о коварном притворстве Анатолия Заяева, которое стоило киевлянам золотых наград дебютного чемпионата страны, еще больше сгустил краски на футбольных портретах Анатолия Бышовца и Йожефа Сабо и объяснил, чем руководствовался Романцев, когда перестал вызывать его в сборную России.

- Олег, наверное, можно сказать, что язык ваш – враг ваш?

- В нашем обществе – да. Еще идет непонимание, люди не привыкли ни к самокритике, ни к критике; не понимают, что когда говорят то, что есть, от этого выигрывает общее дело.

- А когда вам больше всего навредило собственное правдолюбие?

- Наверное, когда только вернулся в Украину. На Западе, когда человек говорит правду, то его и уважают, и воспринимают, и хотят, чтобы он шел дальше. А у нас оказалось наоборот. По крайней мере, в среде руководителей.

- Олег, но вы ведь не стали сразу по приезде рубить всю правду-матку о «Динамо»? Некоторое же время вы молчали…

- Я на 3-4 года вообще отошел от футбола. Для спортсмена уход из большого спорта сопряжен с переживаниями. А тем более я рано закончил карьеру из-за травмы, и это сильно сказалось. Поэтому несколько лет я футбол даже не смотрел.

- И, тем не менее, в «Динамо» вас не позвали, хотя вы не успели еще раскритиковать его руководителей.

- А причина в другом: считается, что когда Суркисы пришли в клуб, тогда «Динамо» и началось. Плюс, когда клуб переходил из рук в руки, были некоторые нюансы. Не все приятные. Кто их знает, старается обходить стороной.

- А вы пересеклись с братьями Суркисами в «Динамо»?

- Я как раз уходил тогда. И смена власти в клубе чуть не сказалась на моем переходе в «Логроньес», где я уже отыграл полгода. Зимой я ушел в аренду, а летом 93-го официально уже шла продажа. Но для того, чтобы переход точно состоялся, мне пришлось продаваться через «Маккаби» (Хайфа). А уже на следующий день я вернулся в Испанию. Тогда вообще интересные времена были. Я сыграл за «Динамо» в первом чемпионате Украины, а потом Сабо уже не допускал меня к играм. Я полгода просидел на «банке» из-за того, что подписал контракт с «Тоттенхэмом». И хотя тренером был Кирилыч (Анатолий Пузач. – lb.ua), но руководил всем Сабо, и полгода мне не давали играть. При этом все официально было: я ездил в Англию с Безверхим (президент «Динамо» на тот момент - lb.ua), подписал предконтракт, но мне не дали рабочую визу – тогда как раз поймали иностранцев на подделках и ввели ограничения. Но за «Динамо» я мог играть.

- Так, а Сабо вас берег что ли?

- Он считал так: раз ушел, то нам такой игрок не нужен. Ну, Сабо – это отдельный экземпляр, он всегда считает по-своему. Мне и зарплату не платили.

- Скажите, а что за человек был президент клуба Виктор Безверхий?

- Он был порядочный человек, а вот его окружение… И он в свое время не смог показать силу. Если бы сделал это, то остался бы президентом. Он тогда не понял, куда попал.

- Что происходило в клубе после поражения от «Таврии» в финальном матче в 1992 году?

- Полный бардак происходил. А тем более есть моменты определенные. Хоть и столько лет прошло, но не хочу рассказывать, почему с «Таврией» так произошло…

- А было бы интересно.

- Предварительно сначала договаривались, потом все поменялось. Это такое дело. Тем более мы уже два месяца себя чемпионами считали.

- Тогдашний тренер «Таврии» Анатолий Заяев вспоминал, что Федерация футбола уже почти заявила «Динамо» в Лигу чемпионов, а тут «Таврия» вдруг выиграла золотые награды.

- И заявки были, и договоренность была. Заяев усыпил всех, всем пообещал, а потом в перерыве матча все стало на свои места.

- Как?!

- Ну вот так. Это и называется «тренерская задумка»! Мы тогда в своей группе ото всех оторвались, грубо говоря, на двадцать очков. И должно было быть две игры с победителем другой группы, а потом за неделю до матча решили, что одна игра будет. Была договоренность, что мы выигрываем, у нас банкет, в Киеве нас салют встречает. Уже и игрокам сказали. А мы до этого месяц не тренировались практически, выходили на игры и на классе выигрывали. Вот это и сыграло свою роль.

- А по ходу матча «Динамо» уже не могло перестроиться?

- Нет. Мы уже представляли себе обратную дорогу с цветами и шампанским в самолете. А вообще, это самый большой маразм, когда чемпионское звание разыгрывается в одной игре. Это ж не Кубок. А проиграть каждая команда может, тем более в таком состоянии, в каком мы пребывали. Нас, кстати, оштрафовали, как сейчас помню, на $2 тыс. за то, что не выиграли.

- Но руководство ведь было в курсе новых обстоятельств.

- В понимании руководителей мы все равно должны были побеждать, ведь были на голову выше соперника.

- Кстати, а какие тогда были зарплаты в «Динамо»?

- У ведущих игроков – по $1 тыс. Но тогда в основном зарабатывали на премиальных.

- Каково вам было играть на едва заполненном «Республиканском» в чемпионате Украины?

- Это была едва ли не главная причина моего ухода из «Динамо». При Союзе стадион почти всегда был заполнен, а потом стало ходить по 10-15 тысяч. А тут еще ездишь в другие города, играешь непонятно где. Ту же Ахтырку взять – ни раздевалок, ничего нет. В гостинице переодевались. Еду с собой возили. А мы играли в Лиге чемпионов, и тут же улетали из Ахтырки в Барселону. Контраст был еще тот.

- Вы сыграли в первом матче сборной Украины – с венграми. Помните атмосферу, которая предшествовала той игре?

- Атмосфера была великолепная. В Ужгород приехали в основном те ребята, которые с юношеских, молодежных сборных выступали вместе. Нужно было быстрее сыграть, а потом уже разбираться, что к чему. Это было как показательное выступление – продемонстрировать миру, что есть такая сборная. Хотя, понятно, что как раз ничего еще не было. В частности, поля не было хорошего. Но, по-моему, одну тренировку даже провели.

- Игрокам что-то заплатили за тот матч?

- Честно говоря, не помню, но, кажется, нет.

- Слабенько, к слову, отыграли.

- Да, 1:3. Но это нормально: подготовки нет, плюс три тренера во главе – Прокопенко, Пузач, Яремченко, каждый из которых хочет, чтобы побольше его игроков вышло в «основе». Кирилыч потом рассказывал, что замены были расписаны заранее, чтоб уже все вышли на поле, все сыграли. Ясно, что толку от той игры не было никакого – нужно было просто отметиться, чтобы попасть в отборочный турнир ЧЕ-96.

- Почему вас больше не вызывали в сборную?

- А потом уже или «Днепр» в качестве сборной летит в Америку, или еще кто-то. Сборной как таковой до определенного момента не было.

- А русские когда вас к себе позвали – в 93-м?

- Да. Садырин приехал в Испанию прямо на игру. Это мой первый тренер, и я согласился. Тем более что за россиян уже играла половина сборной Украины – Никифоров, Цымбаларь, Онопко.

- Почему после триумфального для вас ЧМ-94 вы больше не вызывались в сборную России?

- На товарищеский матч с Германией я все-таки приехал, хотя на поле и не вышел. Я уже начал играть за «Валенсию», мы как раз выиграли первый матч у «Атлетико» (Мадрид) 4:1, я забил. Приезжаю в Москву, и Романцев как всегда начинает… Я понял, что идет невосприятие меня.

- А подробнее, если можно.

- Тогда же конфликт был перед чемпионатом мира (знаменитое «Письмо четырнадцати» - Саленко сначала подписал его, а затем отозвал подпись – lb.ua), и он принял сторону игроков, которые не поехали на ЧМ. Еще было совещание перед отбором на Евро-96, во время которого Романцев встает и говорит: «Я не могу вам платить за Сан-Марино и Фарерские острова». Я ему отвечаю: «Как это так – не будете? Не вы же платите – платит федерация футбола, есть Колосков. Они платят, вот с ними мы и будем разговаривать». Мы разъехались, и потом я уже сам звоню Романцеву. А он говорит: «Зачем тебе приезжать на отборочные игры – это мы и так выиграем, это мы и так выиграем». Ну, я все понял. Он амбициозный человек и посчитал, что мой авторитет в команде на тот момент был выше, чем его.

- А чего ж вы журналистам не пожаловались, что героя России из сборной «плавят»?

- Тогда обо всем этом писалось. Я журналистам говорил: «Идите и спрашивайте у Романцева, почему я не играю. Я вот набираю его телефон на базе, зову, он подходит, а потом отходит». Романцев, как и каждый тренер, имел амбиции, и он решил, что ему так будет спокойнее. А он тогда был царь и бог. В 96-м, когда он ушел, Игнатьев был готов вернуть меня в сборную, но уже пошли травмы, которые и помешали сыграть.

- Олег, а на Евро-92 в составе сборной СНГ у вас совсем не было шансов блеснуть?

- Не было. При Бышовце у меня вообще не было шансов.

- И все из-за того, что в 1990 году позволили себе в стане сборной отпраздновать золотые медали «Динамо» в чемпионате?

- Дело даже не в этом. Бышовец всегда противопоставлял себя Лобановскому, а Валерий Васильевич как-то настоятельно порекомендовал ему взять меня в сборную. Оттуда все и пошло. Он меня не воспринимал, а я – его. К тому же это человек, который очень любит деньги. И все знают о том, что в 92-м он предлагал игрокам заплатить за поездку на Евро: кто заплатил – поехал, не заплатил – не поехал. Не поехали Протасов и Литовченко, они уже играли за рубежом, им это все не надо было. Они сказали, что, конечно, согласны поехать, но не хотели «заносить».

- А почему игроки скандал не подняли?

- Да никто бы ничего все равно не доказал.

- Отвечая на вопрос, почему не хотите работать агентом, вы сказали: «В Украине нельзя заниматься легальным футбольным бизнесом: идет купля-продажа средних игроков для отмывания денег».

- У нас средними командами в основном руководят не тренеры, а менеджеры игроков. Когда в команду приходит новый тренер, за ним следом идет куча игроков среднего класса.

- Но разве не он их приводит?

- Зачастую не он. Вопрос решают руководство клубов и агенты игроков. У нас мало футболистов, которые сами могут выбирать себе команду, в основном – ищут. Перед вторым кругом чемпионата многие команды имеют по 13-14 игроков, и сейчас решается, кто кого и куда всунет. При этом без разницы, в какой команде окажется игрок (сильных личностей все равно почти нет), главное – заработать на этом денег.

- Как вы считаете, агенты в Украине могут обеспечить нужный результат матча?

- Есть и такие агенты. Кстати, раньше футболисты могли напрямую что-то «организовать», а сейчас никто не хочет светиться. Поэтому все ложится на плечи агентов, с них и спрос потом будет. При этом ставки за некоторые игры в десять раз больше, чем зарплаты футболистов. Поэтому так все и происходит. Пока все будет, как есть, пока и судьи… У нас сейчас только «Шахтер» поднялся, а остальные команды наоборот опустились.

- Судейство немножко наладилось все-таки.

- Это со стороны так кажется. Просто стали меньше сор из избы выносить. Раньше много шума было вокруг судейства, а сейчас, даже когда одну из команд «убивают», шума нет. Как будто по указке. При желании можно было раскрутить ситуацию с пенальти в ворота «Металлиста» в матче с «Динамо» - просто Милевский не забил с «точки». Но сейчас все спокойно к таким моментам относятся. Как и в Европе.

- Еще при Заварове вы могли прийти работать в дубль киевского «Арсенала». Что помешало?

- Саша Заваров тогда предложил еще троих человек, которые будут в его штабе. Рабинович перечеркнул листок и сказал: «Я таких вообще не знаю. У тебя будут работать те, кого я назову». Вот это наш подход к делу.

- Может, Рабинович побоялся, что Заваров приведет непонятно кого?

- Он видел фамилии, которые предложил Заваров. И поверьте мне, они были на уровне.

- Летом вы могли комментировать матчи чемпионата мира-2010 на Первом национальном. Почему не удалось договориться?

- Я просто сказал, что за все в жизни надо платить. Они хотели, чтобы все было бесплатно, поэтому я и отказался, и Блохин тоже. И поэтому к концу чемпионата в студию стали приходить все кому не лень. Если вы зарабатываете деньги на телевидении, то вы должны и платить. Я пару раз пришел ради интереса, а дальше предложил как-то урегулировать вопрос. Не получилось. У Шустера надо учиться, как вести бизнес: чтобы все себе, а остальным…

- Вы комментируете матчи сборной на «Интере» - там ведь труд оплачивается?

- Да, но, по большому счету, это не приносит больших денег. До уровня Европы мы пока не доросли.

- Как поживает ваша «Золотая бутса» - не продали?

- Стоит. Эмираты ведь не успели до старта ЧМ в ЮАР организовать турнир. Нет – и слава Богу. Я бы хотел, чтобы бутса оказалась в школе «Смена», где я вырос, сейчас это академия «Зенита». Из России были звонки, но ничего конкретного – подчиненные по просьбе шефов почву зондировали.
Поделиться
  • Комментарии
Работает на Disqus