Таврия

Спортивный клуб из Симферополя

Официальный сайт

Максим Калиниченко
11 июля 2013, 09:20
Интервью, Топ-новость

Максим Калиниченко: «Голы мы приберегли для официальных матчей»

На вопросы корреспондента «СЭ» ответил 34-летний полузащитник «Таврии» Максим Калиниченко, вернувшийся в строй после тяжелого повреждения и с энтузиазмом готовящийся к новому сезону в составе команды Яниса Христопулоса.



— Максим, вы ведь, кажется, еще до углубленного обследования, состоявшегося после травмы в ноябрьском матче с «Днепром», признались, что, судя по всему, случилось что-то серьезное. Интуиция не подвела?

— Можно сказать, и так. Хотя поначалу всё надеялся: а, может, ничего такого не произошло? Может, хоть на этот раз «отскочил»? Два раза ходил на МРТ: врачи повертели в руках снимки — ничего крамольного не увидели. Отослал результаты в Германию — тот же обнадеживающий ответ. И только в Москве, когда сам рентген сопоставили с внешним осмотром, мне поставили неутешительный диагноз — разрыв передних крестообразных связок.

— Это в который уже раз?

— В третий. И во второй — на правом колене. Так что со спецификой восстановления после такой травмы я знаком как никто другой. В принципе, если бы не отпуск, вполне мог бы оклематься и пораньше. Одна беда: форму в отпуске поддерживать очень сложно. Не всегда есть возможность попасть в качественный зал, чтобы выполнять специальные упражнения. Ну а так хватило бы и пяти месяцев.

— Действительно ли ваша реабилитация проходила и в Германии, и в Москве и даже в Харькове?

— Да, к одному месту не привязывался. Всем миром меня лечили (улыбается). В родном городе сходил к работавшему в «Металлисте» сербскому физиотерапевту Андрее Милутиновичу. Ну а в «Таврии» мне очень помог другой специалист по физподготовке — грек Антонио Ксагорарис.

— Неделю назад вы провели полчаса в контрольном матче с «Буковиной». Сейчас эта цифра несколько возросла?

— Знаете, есть такое слово — «надо». И если реально будет такая необходимость, сыграю все 90 минут. Другое дело — как... В любом случае, физическая форма набирается только через игры, а это уже напрямую зависит от доверия тренеров. Главное, что болевых ощущений я уже практически не испытываю. Да, есть небольшой дискомфорт в прооперированном колене, но это чувство может пройти и через год. И на подобные мелочи я не обращаю внимания уже очень давно.

— Зимой ряд СМИ распространили сведения о попытках руководства «Таврии» расторгнуть ваш контракт в одностороннем порядке. Откуда росли ноги у этих малоприятных слухов?

— Я, честно говоря, эти ноги искать не пытался. Держал связь с генеральным директором клуба Александром Бойцаном и точно знаю, что подобных поползновений не было. По отношению ко мне в Симферополе вели себя образцово, и у меня не может быть к клубу никаких претензий.

— Тренерская текучка в «Таврии» в последние два года сравнима разве что с той, что происходила в начале века в «Спартаке»...

— Ох, у меня эта текучка продолжается на протяжении всей карьеры. Недавно пытался считать всех своих наставников и банально сбился со счета. Так что всю эту катавасию принимаю как данность в чистом виде. Кто знает, может быть, у меня на этой почве есть какая-то кармическая завязка? (смеется).

— В своих первых программных интервью Олег Лужный говорил о том, что все же хочет переучить команду играть по своим лекалам... Но довести «апгрейд» до конца ему не судилось...

— Да, вышло так, что не судилось. Переучивать нас никто не пытался, а вот перестраивать — это было. Каждый тренер видит игру по-своему. Банально, но факт.

— И всё же футбол Лужного и футбол Альтмана — это, как говорят в любимом городе Семена Иосифовича, две большие разницы?

— Я вам так скажу: футбол каждого тренера в сравнении с любым коллегой по цеху — уже разница. Сколько тренеров — столько и футболов, только правила и цели в этой игре остаются теми же: не пропустить самому и забить сопернику. Вот и всё. Изобрести что-то новое сегодня безумно тяжело. Самое сложное — это... играть просто. И именно на этом многие, что называется, «попадают».

— Есть такой стереотип: якобы относительно молодые тренеры не очень любят опытных игроков, способных подорвать их авторитет в коллективе. В связи с этим вопрос: в какой степени Олег Романович видел единомышленников в трех китах «Таврии» — Калиниченко, Назаренко и Езерском?

— Мне кажется, он относился ко всем примерно одинаково — без каких-то особых чувств. По крайней мере, к себе какого-то особого отношения — предвзятого или, напротив, теплого — я со стороны главного тренера не замечал.

— Лужный редко сдерживает свои истинные чувства. Но в некоторых матчах он реагировал на самые трагические для своей команды события предельно сдержанно...

— Всё остальное оставалось за пределами камер. Олег Романович — человек весьма эмоциональный, так что самых разнообразных чувств с его стороны, поверьте мне, было в достатке...

— Задам прямой вопрос: как вы думаете, если бы в Симферополе остался Семен Альтман, прошлый сезон для «Таврии» выдался бы более удачным?

— Когда тренер работает в команде несколько сезонов кряду, проводит большое количество сборов, то, естественно, у него больше шансов дать высокий результат. То же самое, скорее всего, было бы с Альтманом. Особенно, если бы в клубе не было всех передряг с футболистами, а также прочих кувырканий и белиберды. Начало всех этих процессов для многих связано с Семеном Иосифовичем. Но поверьте мне, далеко не всё зависело от главного тренера. Были там свои нюансы... Но время озвучивать их пока не пришло.

— Со стороны возникало впечатление, что лучше всего ко всему происходящему в «Таврии» подходит старинная поговорка «Паны дерутся — у холопов чубы трещат»...

— Совершенно верно. Пока мы играли на позапрошлогоднем багаже, все было даже очень неплохо. Футбол выглядел качественно, команда была сыграна, спокойно работала и вполне могла попасть в еврокубки. Но если кто-то думал, что проблемы и передряги в клубном руководстве никак не повлияют на наши результаты, и мы продолжим играть, как «Барселона», тот глубоко заблуждался. Все мы — функционеры, тренеры и футболисты — оказались в одной лодке, и когда в ней образовалась течь, начали тонуть. Вот сейчас выгребаем...

— Какая задача ставилась перед футболистами руководством клуба в прошлом сезоне?

— Сыграть не хуже предыдущего чемпионата, а лучше — попасть в зону Лиги Европы. Эти же цели Лужный и учредители периодически озвучивали в течение сезона. Но по ходу пьесы всё поменялось.

— Сейчас в «Таврии» появился новый наставник. Да еще и легионер. Каковы первые впечатления от работы с Янисом Христопулосом?

— От каждого специалиста стараешься почерпнуть что-то новое, и Янис дает нам свежий опыт. Сверхъестественных впечатлений пока нет и, пожалуй, быть не может. Христопулос — обычный человек, у него две ноги и столько же рук. Но с учетом всех существующих проблем с составом он ставит коллективу свой футбол, и это для всех интересно.

— Личные беседы с наставником уже состоялись?

— Да и не раз. Янис — человек общительный, вызывает всех, интересуется какими-то моментами, расспрашивает сам, пытается нарисовать эскизы своего видения игры.

— Как думаете, до приезда в Симферополь он слышал о таком игроке как Максим Калиниченко?

— Более того, когда мы познакомились, он мне сразу сказал, что знал о моем существовании. А потом, когда увидел в деле, то сказал: «Я думал, что передо мной человек, который уже закончил с футболом...». Таким вот невеселым были его первые впечатления, когда мы собрались после отпуска, со своими только залеченными травмами. Полкоманды выглядели инвалидами...

— На какой позиции греческий наставник использует вас в первых контрольных матчах?

— На всех, связанных с атакующими действиями в средней линии. Слева, справа, если нужно — в центре.

— В вашей карьере тренеров-иностранцев из дальнего зарубежья было не так уж много: так навскидку вспоминаются Невио Скала в «Спартаке» и Хуанде Рамос. Но впечатления от совместной работы с ними, боюсь, диаметрально противоположного свойства?

— Отчего же... По тренировочному процессу впечатления остались только хорошее. И с Рамосом, чем бы ни закончилось наше сотрудничество, мне было интересно. Ну а Скала попал в «Спартак» в ситуации весьма схожей на ту, в которой сегодня оказался Христопулос. Сложный переходный этап, когда в коллективе много молодежи, а возможность осуществлять необходимые и желаемые тренером трансферы стремится к нулю.

— Вы всё ещё думаете, что не уволь Скалу, «Спартак» снова стал бы чемпионом России?

— Я не думаю. Я в этом уверен. Это — человек с огромным опытом. И он бы точно выиграл золото, если бы ему не мешали, а помогали. Но ему мешали и весьма активно.

— Андрей Воробей вспоминает, что в бытность наставником «Шахтера» синьор Невио разъезжал по Донецку не на шикарной иномарке, а на... старой советской «Ниве».

— Он абсолютно нормальный человек, безо всяких понтов и звездняка. Помню, мы, любя, называли его «Шреком»: сам коренастый, с огромными ладонями... Пожимая твою руку, он обволакивал ее со всех сторон. А еще Скала — очень добродушный и открытый, но в то же время на редкость требовательный наставник.

— Анализируя итоги ваших летних спаррингов, прихожу к выводу, что голы «Таврии» даются с огромным трудом... Что это — издержки межсезонных нагрузок?

— Нагрузки, кстати, у нас далеко не заоблачные, а вполне терпимые. Что же касается голов, то к этому я отношусь весьма спокойно. Нужно понимать, чего мы пытаемся добиться. Так что давайте считать, что голы мы приберегли для официальных матчей.

— Владимир Езерский, Олег Гуменюк и Махач Гаджиев — это серьезные потери?

— В нашем сегодняшнем положении отсутствие одного квалифицированного игрока — уже большая потеря. А вы назвали троих! Конечно же, они бы нам помогли, но обсуждать решения людей, от которых зависели их судьбы, я не вправе.

— Тот же Гаджиев, бывший вашим прямым конкурентом, со стороны смотрелся весной, ну если не человеком с другой планеты, то, по крайней мере, потенциальным лидером команды. А в России почти не играл...

— Махач — очень хороший футболист, он и в «Анжи» выглядел ярко. Но это не является показателем разницы в уровне двух соседних премьер-лиг. Хочу вам сказать, что украинский чемпионат — очень сложный турнир. Тут меньше зрелищности, но значительно больше атлетизма и борьбы.

— Фактический запрет на ведение «Таврией» трансферной деятельности больно ударил по конкурентоспособности клуба?

— Сезон покажет. Я надеюсь, что мы с честью пройдем все испытания, но все понимают, что миновать их без потерь, будет очень сложно.

— Не так давно вы сказали пресс-службе СК «Таврия», что искренне надеетесь — в новом сезоне у Максима Калиниченко проснется «пятая молодость». Что для этого нужно?

— Мотивация. Желание. Цель. И всё это у меня сегодня есть.

— Ну и капелька здоровья?

— Так... Где я и где здоровье? Мы очень далеки друг от друга (смеется). А, впрочем, давайте оставим эту тему. Главное, чтобы были здоровы окружающие меня люди.
Поделиться
  • Комментарии
Работает на Disqus