Таврия

Спортивный клуб из Симферополя

Официальный сайт

Олег Серебрянский
14 ноября 2013, 18:13
ИнтервьюФото пресс-службы «Таврии»

Олег Серебрянский: «В свое время не упустил шанс перейти в Таврию. Уж очень интересно она тогда играла»

Замечательный полузащитник с высокой техникой, большой работоспособностью, уверенной игрой обеими ногами Олег Серебрянский пришел в «Таврию» из дубля «Динамо» (Киев). В 1977–1982, 1986–1987 годах за нашу команду он провел 259 матчей в чемпионатах СССР (30 голов) и 22 поединка в Кубках страны (4 мяча), — сообщает клубный официальный сайт. В 1983-м в составе днепропетровского «Днепра» Олег Васильевич стал чемпионом Советского Союза, а через четыре сезона — в 1987-м — помог симферопольцам оказаться сильнейшими во второй лиге и вернуться в первый дивизион.



— Олег Васильевич, где и как начинали заниматься футболом?

— Я родился в Запорожье. Мой отец — военнослужащий, мать — домохозяйка. В детстве жил в Херсоне. Там и начинал заниматься футболом. В этом городе тогда были развиты гребля, бокс, баскетбол. Но я выбрал футбол. Жил возле стадиона, мы с ребятами бегали туда как на праздник, перепрыгивали через забор и почти на весь день пропадали там. Так продолжалось до 15 лет. Тогда нас четверых взяли в сборную Украины среди школьников. Мы выиграли Спартакиаду, а затем меня пригласили в дубль «Динамо» (Киев). Мое становление как футболиста прошло в этом клубе. Сначала тренером был Севидов, затем — Лобановский. Естественно, это была очень хорошая школа для молодежи.

— Как попали в «Таврию»?

— В то время тренером этой команды был Андрей Биба, работавший в свое время и в дубле «Динамо» (Киев). Мы с Сергеем Каталимовым приезжали сюда в 1976-м году. Сергей как симферополец сразу остался в «Таврии», а я еще год провел в одесском «Черноморце», после чего тоже стал футболистом крымского коллектива. Выбрал «Таврию» по той причине, что она тогда показывала хорошую интересную игру. Впервые я оказался в Симферополе в 15 лет. На нынешнем стадионе «Фиолент» играл дубль херсонской команды. Помню, мы встречались с «Таврией», за которую выступали Муха, Аверьянов. На следующий день мы пошли на стадион «Локомотив» смотреть матч основных составов. Таврийцы тогда победили херсонцев со счетом 4:1, показав очень классный футбол. Было интересно смотреть за действиями Прилепского, Климова, Черемисина. Когда предоставился шанс играть вместе с такими мастерами, я его не упустил.

— Первые впечатления от «Таврии», от Симферополя?

— Сразу почувствовал, что меня приняли и город (хотя я его почти не видел, потому что мы много времени проводили на тренировочной базе), и команда, и тренер — Сергей Шапошников. Мне очень понравилась атмосфера в «Таврии» — добрая, рабочая, позитивная. Тогда коллектив строился вокруг оси Лисенчук — Аджем — Орлов. Рядом с ними было интересно играть. Шапошников поставил дело так, что в коллективе никто даже подумать не мог, чтобы отлынивать от работы. Все выполняли задания, установку, потому что понимали — другой за них этого делать не будет. Правда, мой дебют оказался несколько смазанным из-за того, что я в апреле 1977 года на одной из тренировок в столкновении с партнером сломал челюсть. Смутно помню, как сыграл первый матч.

— А первый гол за «Таврию» помните?

— В дебютном сезоне играл опорного полузащитника, но моментов все равно имел в каждом матче достаточно. Но никак не мог забить. Сергей Шапошников в один момент начал мотивировать, что я если забью, то он подарит торт. 18 августа 1977 года это, наконец, у меня получилось. Мы в Ташкенте со счетом 2:0 обыграли «Пахтакор», который по итогам того сезона завоевал путевку в высшую лигу. Виктор Орлов забил в первом тайме, а я — во втором. И после возвращения в Крым нам на обед принесли торт. Небольшой, но мы его поделили на всю команду. (Улыбается).

— В сезоне-1977 «Таврия» заняла третье место и стала призером чемпионата первой лиги...

— Шансов обойти московский «Спартак» и «Пахтакор» у нас не было никаких. А вот то, что мы опередили минское «Динамо», вылетевшее из высшего дивизиона в 1976-м, — это очень большое достижение. Решающий матч за третье место «Таврия» выиграла у минчан в предпоследнем туре, в Симферополе 1 ноября. А 25 октября у меня родилась дочь. Я почти не готовился к тому поединку, поехал забрал жену и ребенка из роддома, а 1-го числа вышел и сыграл. Мы победили 3:2. А дочка Екатерина свою главную спортивную победу одержала через 19 лет, когда стала олимпийской чемпионкой по художественной гимнастике.

Олег Серебрянский с дочерью на фоне мемориальной доски

— Очень переживали во время ее выступлений в Атланте-1996?

— Не то слово! Купил тогда «тарелку», смотрел трансляции из США. Жена — Любовь Евсеевна — была с Катей на Олимпиаде. Она почти все время проводила с дочкой, потому что была еще и ее тренером. Помню, в квалификации олимпийского турнира Катя допустила небольшую ошибку — в зале работали кондиционеры, возможно, сквозняк помешал ей. Я так переволновался, что ушел от телевизора. И больше смотреть выступления дочки не стал — на удачу. Смотрел только упражнения соперниц Екатерины. А когда она заняла первое место и стала олимпийской чемпионкой, конечно, был очень рад. Эмоции переполняли! И до сих пор переполняют.

— Вернемся к «Таврии». В декабре 1977 года команда съездила в турне Мадагаскар — Сейшелы — Танзания. Какие получили впечатления?

— Это были товарищеские игры. В Танзании провели несколько хороших матчей. В одном из городов стояла очень сильная жара. Мы еле ноги передвигали, никак не могли гол забить. Радовались любой тучке на небе. (Улыбается). Меньше повезло нашему вратарю — Геннадию Лисенчуку. Мы-то хоть бегали, а он на этой жаре стоял. Порой он даже руку не мог поднять, настолько невыносимые были температурные условия. В Танзании мы провели 8 дней, но к концу турне уже очень хотелось домой.

Товарищеский матч Таврии с Симбой (Танзания)

— В 1978-м вы забили 8 голов в чемпионате. Изменилась роль в команде?

— Менялся состав. Я стал играть «свободного художника». Несколько ветеранов ушло. Мне посчастливилось чуть побольше забить, чем в первом сезоне. В том числе сделал два дубля — по 2 гола забил командам из Кутаиси и Грозного. А в 1979-м году «Таврия» выступила не очень удачно — едва не вылетела во вторую лигу.

— Зато в 1980-м симферопольцы завоевали путевку в высшую лигу.

— Накануне сезона-1980 в «Таврии» многое поменялось. Пришел новый тренер — Анатолий Полосин, пригласили много новых футболистов. Была проведена хорошая селекция, например, появились братья Сергей и Владимир Причиненко. Полосин на сборах организовал хорошую физическую подготовку, а техника у южных команд всегда была. За счет симбиоза физподготовки и техники, за счет длинной скамейки, когда молодежь могла заменить опытных, мы и добились результата — заняли первое место.

— Наверняка было интересно познакомиться с близнецами Причиненко?

— Конечно! Мы только через 2-3 месяца научились их хоть немного различать. (Улыбается). Они оба — рыжие, один к одному. Мы подружились, они — компанейские ребята. На тренировках при работе с мячом одним из нелюбимых упражнений было то, когда нас делили на 2 группы по 5 или 6 человек. И мы на всем поле должны были контролировать мяч своей группой. При этом каждому назначался свой оппонент. То есть отбирать мяч ты мог только у «своего» футболиста. И если он убегал на другой конец поля, то твои партнеры могли и не бежать за ним. Потому что отобрать у него мяч мог только ты. Они очень классно взаимодействовали друг с другом. Мы это заметили. И попросили тренера, чтобы он их ставил на это упражнение в разные группы. Видели бы вы, как они друг за другом бегали. Это было что-то! Они очень не любили уступать, проигрывать. Работали серьезно, поблажек друг другу не делали. А нас это забавляло — наблюдать, как два близнеца не могут поделить мяч. (Улыбается). Как-то мы играли в Киеве. Они с двух сторон как подкосили Олега Блохина. Не специально, случайно. Он аж подлетел! А после этого, как только видел их, старался отдавать мяч партнерам. (Улыбается).

— И в быту с ними было интересно?

— Даже очень! Как-то ехали в автобусе мимо Красной площади в Москве. Время — 5 утра. Бьют куранты. Владимир Причиненко толкает меня в бок и, улыбаясь, спрашивает: «А они вообще правильно идут?»

— Что запомнилось из сезона в высшей лиге?

— Неоднозначные воспоминания. Для болельщиков «Таврии» это, конечно, был уникальный шанс увидеть лучшие команды страны. А для футболистов это было очень большое испытание. Мы в том сезоне еще больше, чем обычно, времени проводили на сборах, вдали от семей. Дома бывал порой раз в два месяца — галстук поменять или бабочку взять. (Улыбается). Первый круг провели более или менее, а затем пошли неудачи. Коллектив работал на свой имидж, но остаться в высшей лиге не получилось.

Таврия, середина-конец 80-х гг.

— А в начале 1982-го вы на три года ушли в «Днепр».

— Я имел за плечами школу подготовки в «Динамо» (Киев). Поэтому в «Днепре» тоже стал игроком основы. В Киеве научили отличному от других образу мышления на поле, совершенно другой скорости принимаемых решений — в 1-2 касания, не больше. Это в карьере очень помогало. В 1983-м в составе «Днепра» стал чемпионом СССР. В том году в Днепропетровске был очень сильный коллектив. В 1985-м я хотел уехать играть за границу, в одну из стран соц. лагеря. Но меня не пустили. Я полгода провел в Павлограде, а с 1986-го еще два сезона отыграл за «Таврию». В 1986-м мы хорошо выступали во второй лиге, но подняться в первую лигу не смогли. В 1987-м я уже доигрывал на уколах. «Таврия» по итогам того сезона заработала путевку в первый дивизион, но я закончил карьеру, потому что организм больше уже не выдерживал нагрузок.

— Какой из голов за «Таврию» любите вспоминать?

— Как-то мы играли в Симферополе с командой из Ставрополя. Я с левой ноги удачно закрутил мяч в те ворота, которые ближе к рыночной площади. А уже за линией «круглого» добил один из партнеров по «Таврии». Он побежал праздновать, но судья показал, что гол забил я. Помню, диктор по стадиону объявил примерно так: «Гол забил тот футболист, который переправил мяч в районе линии ворот, но я в этом сомневаюсь». (Улыбается).

— Что было наиболее непросто на сборах в «Таврии»?

— Самые тяжелые сборы были при Анатолии Полосине. Он в молодости закончил школу разведки. И, конечно, думал, что и футболисты должны выдерживать такие же нагрузки, как и разведчики. (Улыбается). Непростыми были кроссы. У нас сборы часто проходили в «Артеке». У меня отложились в памяти грязь, слякоть, по которым мы готовились к сезону — бегали, бегали, бегали... Причем, Анатолий Федорович Полосин часто бежал вместе с нами, молодыми. Как-то мы бежали на Царской тропе так, чтобы пульс был 120. Это средний темп. Он бежал впереди. И вдруг — поскользнулся и упал с некрутого спуска в колючки. Мы ринулись к нему, а он отдал команду: «Бегите! Нельзя останавливать упражнение. Я вас догоню!» Это был человек очень сильной закалки.

Тогда у нас было по три тренировки в день. Три! Нам выдавали на весь сбор по одному костюму. Они не успевали высыхать между занятиями. Дискомфорт был ещё тот — тренироваться в мокрой одежде в ветер... Спрятаться было негде, до работы с мячом было очень далеко. Но такие нагрузки давали результат — по ходу сезона мы выглядели сильно.

Олег Серебрянский и Валерий Петров

— Что было необычного на базе в Почтовом?

— Удивительно было, когда при Анатолии Заяеве нам не разрешали во время тренировок пить воду. Такая была методика. На базе перекрывалась вся вода. Приходилось тайком привозить ее с собой из дома. Мне жена давала трехлитровый бутыль с водой. Как-то в Почтовом занималась сборная СССР. Мы увидели, что у них все наоборот — на тренировке есть вода. Врач сборной страны — Савелий Мышалов — нам сказал, что воду во время занятий пить нужно. Это необходимо, чтобы организм восстанавливал то, что потерял.

— Какие услышанные слова во время футбольной карьеры потрясли больше всего?

— В «Днепре» начальником команды был Геннадий Жиздик. Он на войне был танкистом, потерял правую руку. Мы его часто просили поделиться воспоминаниями о Великой отечественной. Как-то на 9 мая он рассказал о том, как однажды шла колонна танков, а рядом — обоз. Жиздик был командиром танка. И вот он в очередной раз наводит прицел и видит лошадь. Ему запомнились ее глаза, в них была почти что человеческая мольба. На том нашем собрании эти слова очень потрясли.

А еще Геннадий Жиздик нам сказал, что футбол — это всего лишь мяч, поле, игра, в которой, безусловно, нужно стремиться к победе. Но главное в жизни — это семья.

— Чем сейчас занимаетесь?

— Уже десять лет чаще нахожусь в Киеве, рядом с дочерью Екатериной и внуком Евгением. Ему 13 лет. Много времени провожу с внуком. Я на инвалидной пенсии, мне сделали две операции. Мои увлечения — охота и рыбалка. Это помогает мне отвлечься, отдохнуть. Иногда приезжаю в Симферополь. На днях ходил на охоту с ветераном «Таврии» Петром Карловым.

Олег Серебрянский на охоте© sctavriya.com

— В этом году «Таврии» — 55 лет. Наши поздравления вам!

— Благодарю. Команде пожелаю показывать стабильный футбол, наладить свою игру, подняться выше в турнирной таблице. Хочу, чтобы болельщики вернулись на трибуны в большем количестве. Ветеранам желаю здоровья, заботы со стороны тех, кому это положено. И, конечно, всем желаю мирного неба над головой.

Олег Серебрянский
Поделиться
  • Комментарии
Работает на Disqus