Таврия

Футбольный клуб из Симферополя

Официальный сайт

Сергей Погорелый
20 июля 2016, 14:25
ИнтервьюФото пресс-службы «Таврии»

Сергей Погорелый: «В Таврии неудачно познакомился с Христопулосом»

Бывший вратарь симферопольской «Таврии», один из самых скандальных футболистов украинского чемпионата, Сергей Погорелый в интервью «Спорт-Экспрессу» рассказал о своей карьере и планах



Коллега Карельский аккуратно предупредил: «Серега иногда так завернет, что непонятно, это в шутку или серьезно». Но лучше всех о Погорелом сказал Калиниченко: «Это может быть, лучший вратарь страны, который обладает одной уникальной способностью — вечно оказываться в самое ненужное время в самом ненужном месте»...

САМОССЫЛКА В ДУБЛЬ

— Надеюсь, это не о моих игровых качествах, а о «везучести» в плане выбора клубов, — усмехнулся 29-летний голкипер. — Что ж, возможно, на пару шагов, как говорит Максим Сергеич, я действительно отстаю, но верю, что рано или поздно наверстаю.

— Что бы вы изменили в своей карьере, представься такая возможность?..

— Может, это звучит банально, но я никогда ни о чем не жалею. Думаю, что поступал бы также, но в каких-то моментах был бы... даже не умнее, а хитрее.

— То есть, глобального сожаления о том, что вы были в «Таврии» или в «Металлисте», не испытываете?

— Нет, конечно! Это и жизненный опыт неоценимый, и футбольный. Все мое, всё — в копилочку.

— Тогда объясните, пожалуйста, кто и за что сослал вас в январе этого года в молодежную команду «Металлиста»? С учетом кадрового потенциала основы на тот момент, это выглядело мягко говоря, абсурдом...

— Наверное, сам Погорелый себя сослал.

— Ого, какой жуткий мазохизм. Это вы сейчас шутите или серьезно?

— Я действительно не знаю правильного ответа. У кого не спроси, никто не переводил. Получается, я сам перевелся в дубль, а как еще?

— Но кто-то же вам об этом сказал?

— Ага. Калиниченко — по телефону. Я как раз готовился отправиться на сборы с первой командой «Металлиста». Звонит Максим Сергеич: «Ты выезжаешь в Харьков?» — «Да, сижу на чемоданах». — «Можешь не ехать. Нам сказали, что ты будешь работать с дублем». Вот тут я присел. Так сказать, на дорожку. Вместе с чемоданами.

— «Нам сказали...». Кто именно сказал?

— Как я понимаю, генеральный директор. (Александр Бойцан. — Прим. «СЭ»).

— Может, поговорили как-то не так? Или казус какой приключился? Должна же быть причина!

— Если я оказался там, где оказался, какая-то причина все же была. Но я могу только догадываться — какая именно.

ЗАРПЛАТА С МАЛЕНЬКИМ ХВОСТИКОМ

— Александр Севидов сказал, что лично у него не было к вам ни единой претензии. Он не пытался повлиять на решение руководства?

— Гм... Нет. По крайней мере, он со мной об этом не говорил. Со мной вообще никто ни о чем не говорил. Я просто проживал свою жизнь с дублирующим составом, не имея отношения к основе до назначения Александра Призетко исполняющим обязанности главного тренера.

— А когда в последний раз вы общались с кем-то из руководства «Металлиста»?

— Наверное, когда Александр Владимирович Бойцан приезжал на какую-то игру молодежного состава. Кажется, это было после нашего матча с днепродзержинской «Сталью». Но конкретного разговора не было: какие-то абсолютно бытовые моменты.

— В «Таврии» вы уже, кажется, страдали из-за повышенной откровенности?

— Было дело. Неудачно познакомился с Христопулосом.

— В смысле?

— Греческий специалист проводил ознакомительные беседы. Зашел. Сели лицом к лицу. Он высказал одну позицию по какому-то вопросу, я — другую. Потом все начало происходить не так, как он обещал. Я задал вопрос. Ответить мне не смогли. И я пошел благополучно работать с дублем.

— Язык мой — враг?

— Не всем нравится, когда люди говорят на белое — белое, а на черное — черное. Я же говорю: хитрости мне не хватало. Молодой был...

— Севидову задолжали в «Металлисте» за девять месяцев, а вам?

— Ох, тут все очень плачевно. Если брать последний год контракта, я получил чуть меньше, чем полторы зарплаты. Скажем так, одну с хвостиком. Маленьким таким... А ведь существует еще и задолженность по старому контракту.

— Как в этой ситуации руководство клуба собирается решать вопрос?

— Это не ко мне. Получается, что у нас в стране если поменял одну букву, то и денег уже никому не должен. Был ФК «Металлист» — стал СК «Металлист»... Не нужно было до такого доводить. Вызвали бы игроков, сказали бы честно: «Ребята, кто хочет — оставайтесь, но играть будете бесплатно. Кто не хочет — ищите новые клубы». Во всяком случае, не было бы резонных вопросов а-ля «Где наши деньги?». А когда обещают и обещают, а потом не выполняют, это как-то... Обидно. Такая команда пропала...

ТАНДЕМ СЕРГЕИЧЕЙ

— Призетко вспоминает, что на своей первой тренировке с основой услышал гробовую тишину...

— Так и есть. Команда была в исключительно подавленном настроении. В дубле у нас такого и в помине не было: мы там за весь круг не проиграли ни разу, пока ребята из молодежного состава не перешли в первую команду. Тандем Сергеичей, как я называл Призетко и Калиниченко, приучил нас к живому общению на тренировках — шутили, балагурили, но где нужно могли и прикрикнуть. Но главное: все ребята им доверяли. Атмосфера была волшебная. В плане эмоций я, вообще, ничего не потерял, отправившись в дубль.

— Удалось встряхнуть подавленную часть коллектива?

— События показали, что да. Две первые игры мы свели вничью, а потом победили в Одессе. Да, последний матч с «Динамо» мы провалили полностью, но в целом, результат оказался даже очень неплохой — семь очков в четырех матчах. Для людей, которые впервые вышли на поле в премьер-лиге — показатель просто сказочный.

— По мнению теперь уже бывшего главного тренера бывшей команды премьер-лиги Александра Призетко, вы, как никто другой, умеете расставлять партнеров по своим местам. В том числе и с помощью крепкого словца?

— Спасибо за лестную оценку моих качеств. Но на тот момент в первую команду влилась большая группа игроков из молодежной. Коллектив был сбитый, нужно было только правильно расставить всех по своим местам. А еще всем и каждому хотелось помочь тренерам. У меня, например, зимой не было вариантов перехода или аренды, услышав которые я бы ахнул. Нет, стоп, один все-таки был — зарубежный. Но он сорвался, и я больше ничего не рассматривал. Сели с двумя Сергеичами: «Мы хотим, чтобы ты ушел в лучший клуб, но еще больше хотим, чтобы ты нам помог». Я загорелся, кивнул, и мы начали работать — обыгрывали всех подряд.

— Призетко отмечал также, что вы очень трепетно относились к молодежи, помогая им адаптироваться в элитном дивизионе. Будущие звезды среди харьковского молодняка имеются?

— Кадровый материал хороший. Но к ним нужно найти правильный подход. Молодежь уже не та, что раньше: мировоззрение совершенно другое. Да и стариков, которые могут взять зеленых под шефство, не осталось. Так что все зависит от тренеров: смогут раскрыть талант или нет. А раскрывать там есть что и у кого. Выделять никого не буду. А то сейчас назову пару фамилий, а они потом с этой газетой взлетят в облака. Они сами все знают, я им говорил: «Если не будете заниматься ерундой, все у вас будет нормально».

ВРАТАРЬ С МОЛДАВАНКИ

— Что случилось в Одессе, где вам пришлось играть в чужом вратарском свитере?

— Оу... Когда меня отправили в дубль, форма просто испарилась. Игрового комплекта, по сути, не было. Быстро подогнали один черный, но перед матчем в Одессе судьи запретили мне выходить в нем на поле из-за совпадения цветов, чтобы я не сливался с игроками «Черноморца». Я об этом не знал: захожу в раздевалку, гляжу — висит белая футболка с длинными рукавами. Причем такая, как бы это сказать, не самой первой свежести. Этикетка вроде есть, но очевидно, что не один год пролежала на складе. Смотрю я на все это великолепие и думаю: мне бы еще кепку сюда кожаную, и будет — вылитый вратарь с Молдаванки, да еще и с эмблемой «Черноморца» на груди. Хорошо, администраторы у нас умельцы, каких мало: вооружились иглой — пришили нужную эмблему, а рукава я отрезал сам.

— Гол Ивана Зотько, забитый в том матче «Черноморцу» в самой концовке основного времени чуть ли не с центра поля — это маленькое чудо или большой казус?

— Для вратаря, конечно, несчастье. Сложно сказать, что там произошло: может, солнце засветило. Лучше у Жени Боровика спросить. С моей точки все выглядело нелепо. Даже на повторе видно, что когда Ваня зарядил, я махнул рукой: мол, ну куда же ты бьешь?! А когда мяч залетел в сетку, просто опешил. Да-да. Не поверил своим глазам.

— 28 июля вам исполняется тридцать. Возраст, в котором вратарская карьера только начинается...

— Мой давний старший друг — экс-администратор «Арсенала» Сергей Простимкин — когда я в 17 лет пришел в клуб, окинул меня взглядом и сказал: «Что-то ты мне больно Уварова напоминаешь». Я тогда, если честно, даже не понимал, кто это. А он мне: «Да ты что, человек после тридцати только играть начал как следует, а сейчас его именем названы улицы в Израиле». Посмеялся я тогда громко, а вот теперь гляди — через неделю тридцатка стукнет. И я верю: все только начинается. Нужно только попасть в струю, и, как говорил Калиниченко, сделать эти чертовы два шага, чтобы наверстать свое.

— Когда-то у вас были довольно длинные волосы: по какой причине сменили имидж?

— Нужно было что-то менять — надоело. Сейчас ношу волосы средней длины, даже чуть короче. Я этому никакого значения не придаю. Могу снова отпустить, а могу и наголо постричься. Без проблем.

— Сегодня утром вы сказали мне, что идете на тренировку. Поддерживаете форму по индивидуальному графику, или я пропустил какие-то свежие новости?

— Да, что вы там могли пропустить... Позвонил Руслану Костышину, попросился потренироваться с его командой («Колосом» из Коваливки. — Прим. М.С.). Он разрешил.

ПО ПРОЗВИЩУ «КИЛЛЕР»

— На данный момент вы — свободный агент?

— Да. А вот у меня самого агента нет. Звонят люди, пытаются помочь, предлагают варианты. Но я, между нами говоря, на 99 процентов уже определился. Все должно решиться на днях. Жду рабочую визу. Поеду — чуть поиграю. Как вы поняли, не в Украине.

— Неужели от наших клубов не поступило ни одного предложения?

— Честно? Вот недавно одно поступило. И всё! И то, я так понимаю, это была, как я это называю, горящая путевка. Играть в этом клубе было некому.

— Два года назад вы пытались уехать в Европу. Почему не сложилось?

— До «Таврии» были очень хорошие варианты, но меня набрал Олег Романович Лужный: встретились, поговорили, и я решился на переезд в Крым. А потом, даже не знаю, что мне помешало уехать куда подальше: звали и в Россию, и в Турцию, и даже в Голландию. Причем, исключительно в высшие лиги.

— А что не срослось на просмотре в «Днепре»?

— Это в какой раз?

— А вы там были еще и не единожды?

— Да. Впервые приехал после ухода из «Таврии», когда в Днепропетровске работал Рамос. Сергей Назаренко поговорил с руководством клуба, и они разрешили нам поддерживать форму с дублем. Знаете, сколько там было вратарей? Одиннадцать! А потом уже приехал на просмотр к Маркевичу. Но там все решили не спортивные моменты. Если бы в «Днепре» не остался Лаштувка, я подписал бы контракт — сто процентов. Но Ян остался, и смысла подписывать меня для клуба уже не было.

— Знаменитое видео вашего боксерского поединка с Артемом Громовым не пересматриваете?

— Зачем? Это уже ушло в прошлое, пусть на полочке пылится.

— С возрастом, вообще, стали поспокойнее?

— Время проходит, что-то меняется. Вроде уже не такой вспыльчивый, хотя... В вихре борьбы могу загореться.

— Кажется, Громов рассказывал, что вам дали кличку «Мэйвэзер». Это какой-то футбольный горбыль или правда?

— Ой, да сколько этих кличек было. Аргентинцы в «Металлисте» называли меня «Киллер». За что — ума не приложу. Спросите у них, если найдете. (Улыбается).
Поделиться
  • Комментарии
Работает на Disqus
кофе Амбассадор на подарок в магазине Кофемаркет со скидками