Таврия

Спортивный клуб из Симферополя

Официальный сайт

27 июля 2007, 23:45
Другое

Лев Яшин. Правила жизни

Лев Иванович Яшин, футболист, вратарь сборной СССР и московского "Динамо". Чемпион Олимпийских игр 1956, Европы 1960, бронзовый призер ЧМ-1966, лучший футболист Европы 1963 ("Золотой Мяч"), лучший вратарь мира XX века по версии ФИФА.

Мальчишки и девчонки моего поколения учились на токарей, нянчили маленьких братишек и сестренок, стояли в очереди за хлебом, мечтали о побеге на фронт и лишнем куске рафинада. Мы приносили домой получки и рабочие карточки. Мы забыли, что есть на свете футбольные мячи и что все мальчишеское племя делится на «казаков» и «разбойников».

Мне грустно, когда я вижу ребят, облепливающих дворовые столики, за которыми чинно, с сигаретками в зубах посиживают взрослые, ведя степенную игру в «козла» или в «дурачка».

Нет, я не против благоустройства, которое отличает современные дома и дворы. Я против того, что в заботах о благоустройстве забывают о подростках. Обо всех от мала до велика помнят — о детишках ясельного возраста и пенсионерах, о любителях настольных игр и домохозяйках, а о подростках забывают.

Борясь за победы и чемпионские звания, мы не думали о том, какие жизненные блага принесет нам каждая из этих побед. Мы чувствовали себя счастливыми от самой возможности играть в футбол.

При всем многообразии футбола есть в нем ситуации, которые повторяются неизменно. И если ты докопался однажды до собственной ошибки, то другой раз ее не повторишь.

Я мастером спорта сначала стал в хоккее, и медали мои первые — серебряная и бронзовая — хоккейные, и первый раз в жизни Кубок СССР выиграл в составе хоккейной, а не футбольной команды.

Такие понятия, как «долг», «обязанность», «надо», «жертва личного ради общественного», вошли в нашу плоть и кровь давно, с детства.

Нашим тренерам было относительно легко работать с нами. Мы многому верили на слово, поскольку знали: тренер образованнее, интеллигентнее нас, у него больший жизненный опыт, а если и не имеет он вузовского диплома, то мы ведь в большинстве совсем не имели и аттестатов зрелости.

Невзирая ни на какие невзгоды и препятствия, неугасающая воля к победе — разве все это не обязательные черты истинных романтиков? Больше того, в наш рационалистический век, век математического расчета, достижение больших высот в избранном деле доступно лишь тем, в ком есть эти черты.

Мы уходили с поля, не слыша счастливого рева трибун. Мы не слышали и не видели ничего. Входя один за другим в раздевалку, мы валились в кресла, не в силах сделать больше ни одного движения, даже нагнуться, чтобы расшнуровать бутсы. Мы не могли даже улыбаться.

Мы редко хвалим наш футбол, зато ругаем его постоянно: и за ставшие уже привычными неудачи на мировой арене, и за серую игру команд на чемпионате страны, и за то, что, не в пример футболу пятидесятых и начала шестидесятых годов, почти не выдвигает он из своих рядов игроков выдающегося класса, и за многие другие грехи. Все это справедливо — нынешний футбол дает куда больше поводов для упреков, чем для комплиментов. Только — в этом я убежден — не абстрактный футбол надо бранить, а конкретных его руководителей.

Век футболиста короток: не поймал миг удачи сегодня — завтра будет поздно, твое место жаждут занять десятки молодых, тщеславных, не знающих пощады.

Не знаю как кому, а мне вид поверженных и раздавленных отчаянием соперников омрачает радость победы. В такие минуты мне неловко не то, что выказывать радость, мне неловко встречаться с побежденными взглядом. Я ставлю себя на его место.

Я против диких плясок триумфаторов, неумеренных выражений восторга, бурных объятий. Есть в таких проявлениях нечто, недостойное настоящего мужчины. И настоящего мастера, которого сдержанность лишь украшает.

Какой же это вратарь, если не терзает себя за пропущенный гол? Обязан терзать. Если спокоен — значит, конец.

Оригинальность тактических построений? Превосходство в технике? Но ни тем, ни другим мы не выделялись среди лучших команд мира. Тогда что же? Я отвечаю на этот вопрос без колебаний: - Люди!

Футбол так устроен, что ставит своих избранников в исключительное положение: их портреты не сходят со страниц газет, о них пишут хвалебные оды. И это испытание славой иногда оказывается роковым: человек начинает быть снисходителен к своим слабостям и гибнет как спортсмен.

Естественно, ходатаи, ратовавшие за новые команды, исходили из благих побуждений. Да и те, кто шел им навстречу, то же: вроде бы больше команд — сильней футбол. А он сильней не стал, он лишь разведен пожиже.

Понятно, моя радость — удачи «Динамо», мои огорчения — его поражения. Как каждый болельщик, я пристрастен. Но не только к «Динамо». Еще я пристрастен к вратарям. На месте каждого из них вижу себя. Мысленно бросаюсь в углы ворот, командую партнерами, выхожу на перехват мячей и даже — не смейтесь — достаю мячи из сетки.

Составил Buches, по материалам «Л. Яшин, Записки вратаря»,
Библиотка журнала «Огонек»; Москва, 1976.

Поделиться
  • Комментарии
Работает на Disqus