Таврия

Футбольный клуб из Симферополя

Официальный сайт

29 января 2008, 19:44
Интервью

Анатолий Глухоедов: "Мы были преданы футболу и своим болельщикам"

Симферопольская «Таврия» ведет отсчет своей истории с 1958 года, когда в столице полуострова был организован футбольный клуб «Авангард». О том, как все начиналось, и как «Таврия» достигала вершин союзного футбола, рассказывает ветеран команды Анатолий Федорович Глухоедов.

— Анатолий Федорович, с чего вы начали свой путь в футболе?

— Все началось с детской спортивной футбольной школы в Симферополе. Моим первым тренером был легендарный и очень преданный футболу человек — Василий Тихонович Никитин. Он собрал более ста детей разного возраста, и целыми днями тренировал нас на стадионе «Фиолент», тогда носившем название «Пищевик». Никитин учил всем азам футбола: тактическим, техническим и физическим. И не случайно, что он вырастил много ребят, которые потом успешно играли во взрослых клубах.

Примерно в 1955-м году в составе сборной Крыма я уже принимал участие в спартакиаде народов СССР, причем играл в основном составе, хотя мне было всего 16-17 лет. А когда в 1956 году я закончил школу, меня и целую группу ребят пригласили в «Буревестник». На тот момент это была лучшая команда Симферополя, которая играла в первенстве области и Украины. Весь следующий год я провел в «Буревестнике», регулярно появлялся в основном составе. По итогам года мы победили в чемпионате Крыма и получили право выступать в классе «Б» союзного чемпионата. Это было выдающееся достижение, тогда на весь Союз было всего 16 команд класса «Б». Потом, правда, решили удвоить количество команд и разбить их на две группы.

А 1 марта 1958 года по инициативе председателя ДСО «Авангард» Якова Давыдовича Раскина был создан одноименный футбольный клуб.

— Какие задачи стояли перед «Авангардом» в первые годы?

— Необходимо было любой ценой закрепиться в классе «Б». Я думаю, что если бы в 58-м году «Авангард» не тренировал такой тренер, как Николай Яковлевич Глебов, то сделать это было бы проблематично. Глебов в то время был одним из ведущих теоретиков советского футбола. Его статьи печатались во многих зарубежных журналах, а его тактические предложения и схемы построения игроков на поле перенимали зарубежные специалисты. Он понимал, что нашей молодой команде было бы сложно сражаться на равных с соперниками, которые превосходили нас и в опыте, и в возрасте, и в физической мощи. Поэтому, когда в 58-м году проходил чемпионат мира, где только появилась знаменитая бразильская система «4-4-2» или «4-3-3», мы же уже давно играли по такой схеме и соперникам, играющим по системе «3-5-2», было очень тяжело с нами сладить.

— На какой позиции вы выступали?

— Начиная с детско-спортивной школы, я играл в полузащите, причем мне было без разницы на каком фланге, ведь одинаково владел правой и левой ногой. Я должен был «утюжить» бровку от своей штрафной площадки до чужой. Для этого надо было иметь хорошую физическую подготовку. И она у меня была, ведь уже тогда мы тренировались по три раза в день.

— Где базировалась команда в то время?

— Жили мы в Новопавловке, причем те три домика сохранились и по сей день. Напротив, через дорогу, было природное футбольное поле (сейчас же там разбили сад). Оно никогда не бывало грязным, и даже после сильного дождя вода уходила очень быстро. На этом поле мы и готовились, и играли контрольные игры.

— Что из себя представлял «Авангард» образца 1958 года?

— Половина команды состояла из очень молодых футболистов (Виталий Живица, Юрий Бондарев, Валентин Павлов, Владимир Масальцев, Вячеслав Богданов, Эммануил Анброх, Лев Степанов), а другая половина — из зрелых, которые приехали из Севастополя, Подмосковья и Подольска (Александр Мухамадеев, Евгений Зенин, Сергей Митин, Николай Мыльников,Георгий Лисевич). Образовался своеобразный сплав опыта и молодости. Особенно нам помогали опытные ребята из Севастополя, которые уже поиграли на этом уровне ни один год. Но самое главное, мы были преданы футболу и своим болельщикам. Мы играли для них и для своего города.

— Первый футбольный «блин» получился комом?

— В первом чемпионате мы финишировали на 15-м месте из 16-и команд, оставив позади команду из Курска. Это и позволило нам остаться в классе «Б» на следующий год.

— Дальше было легче?

— Да, команда становилась опытнее. В нее пришли Николай Гостев, Александр Кудряшов, Анатолий Федотов, Андрей Поскотин и другие. Футболисты понимали и знали, как надо играть и бороться. В 59-м году мы поднялись выше и из 15-и команд заняли 12-е место. Играть стало намного легче и проще. Молодежь набралась опыта и стала действовать смелее и наглее.

— В конце 59-го вас призвали в армию…

— И я оказался в одесском СКА. Это была очень сильная команда, которая хоть и выступала в классе «Б», но играла на уровне лидеров союзного футбола. В январе 60-го начался жесткий отбор в команду. Приехало более сорока человек, а требовалось всего два футболиста. Тренировки проходили в спортивном зале стадиона СКА. Начиналось все с разминки, а потом мы делились на команды и играли пять на пять. Стоял сплошной треск. Никто не щадил друг друга, и порой все это больше смахивало на хоккей.

После первого тура этого «побоища» отсеялась половина футболистов. В конце января, когда число претендентов на попадание в команду сократилось до десяти человек, я нарвался на травму: выбил большой палец. Трещин удалось избежать, врач его заморозил, но на следующий день палец опух. Но надо было тренироваться и выходить играть.

В итоге в основную команду взяли троих футболистов: меня, Черткова из Николаева и Кривицкого, который вместе со мной заканчивал детско-спортивную школу. После этого началась плановая подготовка команды к сезону. Тренировались много, и для меня все складывалось неплохо. Поначалу тренеры подпускали меня к основе, выпуская на 10-15 минут. Ближе к концу марта я стал проводить на поле больше времени, а затем уже выходил в основе. Но в последней контрольной игре я получил тяжелую травму. Выбыл я надолго, ведь только в госпитале я пролежал 34 дня. Мне дали два месяца отпуска с перекомиссией по месту жительства.

— И вы отправились домой…

— Примерно в начале мая я приехал в Симферополь. Состояние было паршивое. Дома не знали, что произошло. Через неделю мне пришлось обо всем рассказать жене, а потом узнали и родители, которые посоветовали завязать с футболом, дабы избежать печальных последствий.

Через два месяца пришло время медосмотра, после которого меня комиссовали. Вот так я остался в Симферополе.

— И снова получили приглашение играть в «Авангарде»?

— Тогда команду тренировал Ремиз Каричев. Мы с ним встретились, и он сразу сказал, что берет меня в команду. Однако играть я был не готов. Он поставил условие: либо ты играешь, либо покидаешь команду. Пришлось выбрать последнее.

— Но с футболом «завязывать» не собирались?

— Меня пригласили на симферопольский мясокомбинат, где взяли на работу, и примерно в августе я начал играть в нападении за «Пищевик». А в декабре меня пригласили в Севастополь и предложили выступать за СКЧФ — очень сильную местную команду.

В это же время обо всем узнали в Симферополе в ДСО «Авангард». Меня пригласил на встречу Яков Давыдович Раскин (председатель общества «Авангард»). Он дал мне бумагу и сказал писать заявление о зачислении в команду. И я написал.

— Каким было ваше «второе пришествие» в «Авангард»?

— В 61-м году мы заняли пятое место в чемпионате СССР в классе «Б», в 62-м финишировали на втором месте, при этом участвовали в переходных турнирах. В них мы играли до 66-го года. Тогда было принято решение о реорганизации футбола. Была создана высшая лига, класс «А» и класс «Б». В класс «А» отбирались лучшие команды из всех зон.

— Когда команда стала называться «Таврией»?

— В начале 1963 года. Команда получила название по географической местности «Таврия».

— Когда вы закончили выступать за «Таврию»?

— За команду я играл до декабря 67-го года, после чего пошел на завод «Фиолент», где работаю и по сей день. В прошлом году отпраздновал сорокалетие своей трудовой деятельности на заводе. Я очень благодарен руководству «Фиолента», которое мне много помогало. Да и вообще по жизни меня окружали очень хорошие и профессиональные люди, которые дали мне все лучшее, что у них было. Это тренеры Н.Я. Глебов, В.А. Иванов, А.Н. Сочнев, Б. В. Горелов, Е.И. Шпинев, В.М Юлыгин и руководители завода «Фиолент». Поэтому мне очень повезло, и если бы пришлось начинать сначала, сделал бы все точно также.

— Вы успели поиграть и за заводскую команду?

— Причем успешно! Пять раз «Фиолент» становился чемпионом Крыма, выигрывал Кубок Украины среди производственных коллективов, часто участвовал в переходных турнирах. Закончил играть я в 37 лет, когда начали сказываться травмы. После игр я частенько не мог заснуть из-за сильных болей, поэтому пришлось «завязывать» с футболом.

— Но в «Таврию» вы все же вернулись. В 80-м году вы стали начальником команды. Как это произошло?

— В то время я был начальником цеха и членом завкома, где возглавлял спортивно-массовую комиссию. В 78-м году я начал реконструкцию стадиона «Фиолент», во время которой были установлены новые беговые дорожки, реконструированы трибуны и сделан навес, да и газон удалось привести в хорошее состояние.

В это время в обком партии в отдел пропаганды пришел Леонид Грач. Получилось так, что мы пару раз разговаривали с ним по телефону. Первый раз «Таврия» хотела сыграть на «Фиоленте», но дело было в феврале, и если бы матч состоялся, то можно было навсегда испортить газон. Мне удалось убедить Леонида Ивановича, и мы сохранили поле, которое еще понадобится «Таврии».

Вскоре Грач позвонил во второй раз и спросил: «Вы заняты?». Я ответил: «Я всегда занят». Он попросил меня подъехать в обком партии. Там состоялась беседа, после которой меня назначили начальником команды.

— Как вас приняли в «Таврии»?

— С главным тренером команды Анатолием Федоровичем Полосиным (моим тезкой) мы быстро нашли общий язык и хорошо сработались. «Таврия» в это время играла в первой лиге и находилась на седьмом месте. Задача попасть в высшую лигу тогда не стояла. Мы хотели быть в первой пятерке первой лиги. Пришлось долго работать и приводить ребят в чувство. Отчислениями и увольнениями я не хотел заниматься, чтобы не «дергать» команду. Помогло то, что в команде были крымчане, с которыми удалось найти общий язык. Это Виктор Юрковский, Сергей Каталимов, Константин Панчик, Анатолий Сыроватский, братья Сергей и Владимир Причиненко, Сергей Матухно. Очень помогли ветераны Андрей Черемисин, Евгений Король, Олег Серебрянский. Нам удалось сплотить игроков, и «Таврия» заиграла.

Примерно в августе мы с Полосиным почувствовали, что можно попытаться замахнуться на высшую лигу. Мы поставили команде такую задачу, объяснив футболистам, что это может быть единственный шанс поиграть в элите. Затем мы поведали о своих планах руководству, которое их одобрило и помогло.

Нам было очень тяжело, но все получилось и мы выиграли путевку в высшую лигу.

— В элите «Таврия» не затерялась?

— Начали мы очень хорошо, причем были даже на седьмом месте, да и предпосылок к вылету не было никаких. И вот однажды, примерно в середине лета, во время очередного визита в Москву, в управлении футбола я встретился с работником управления. Он был родом из Симферополя, где когда-то играл за «Локомотив». Он рассказал, что в этом году из высшей лиги будем вылетать мы и Ростов. Сказал: «То, что вы идете на седьмом месте — ни о чем не говорит. Вы не сможете бороться ни экономически, ни политически с союзными республиками». В конце концов команда почувствовала, что ее выпроваживают из высшей лиги. При соответствующих экономических условиях можно было бы спасти положение, но сделать этого не удалось. В следующем году «Таврия» выступала в первой лиге, где обосновалась в середине турнирной таблицы, но все-таки вышла в четвертьфинал Кубка СССР. А в 83-м я покинул команду и вернулся на завод «Фиолент».

Андрей БАСИН, "Крымский Обозреватель"

Поделиться
  • Комментарии
Работает на Disqus